Но какъ бы ни были хороши „Американцы" сравнительно съ „Мельникомъ", всетаки воминъ перешелъ въ исторш русской оперы, какъ композиторъ именно „Мельника". И это понятно: слишкомъ ужъ значительна была услуга, оказанная русской опере народностью мелод1й „Мельника"! Справедливо зам-Ьчаетъ по этому случаю П. Каратыгинъ, въ упоминавшейся статье о ©омин-Ь: „©оминъ им-Ьетъ неоспоримое право на назваше перваго нашего нашональнаго композитора. До представлешя „Мельника" опера всецело находилась въ рукахъ за-Ьзжихъ итальянскихъ маэстро. Бальтазаръ Галуппи, Джузеппе Сарти, Джюванно Паиз1елло, Доменико Чимароза, Антоню Сальери, Мартини и баронъ Ванжура деспотически властвовали надъ капеллою и надъ опернымъ театромъ. Иной музыки, кроме итальянской, не допускалось ни тутъ, ни тамъ; русскимъ композиторамъ не давалось ходу безъ покровительства итальянцевъ. Попытка Березовскаго освободиться изъ-подъ опеки интригана-Сар-ти *) лишила его покровительства Потемкина, а отчаянш довело и до самоубЕйства. Итальянская oпepa-cepiя и опера-буффа были признаны высокими образцами музыки сценической. Для первыхъ допускались исключительно миеоло-гичесюе и историчесше сюжеты, для вторыхъ—герои арлекинады. Иноземный деспотизмъ въ области музыки вызвалъ, наконецъ, реакщю со стороны русскихъ талантливыхъ ком-позиторовъ, решившихся отстоять народный элементъ соз-дашемъ нашей нацюнальной оперы. Эта честь выпала на долю Москвы. Капельмейстеры театровъ Книпера и Медокса, Матинсюй и ©оминъ 2), были для русской музыки теми же освободителями, какъ древле — Мининъ и Пожарсюй для всей Россш (sic!)41—и дал^е П. Каратыгинъ приводить следующую выписку изъ статьи А. Веселовскаго „Музыка у славянъ" (1866 г.): „Публика чествовала своихъ артистовъ (исполнителей „Мельника"), не смотря на опасное соперничество первостепенныхъ светилъ, сменявшихся на итальянской сцене. Народные мотивы, вставленные иногда целикомъ въ новыя произведешя, не допускали исполнешя на италь-янск1Й манеръ и, хотя въ этихъ произведешяхъ народный элементъ выражался преимущественно въ внешнихъ под-робностяхъ: иесняхъ, обрядахъ, играхъ, темъ не менее однако же они служили къ укрепленпо въ обществе народ-ныхъ музыкальныхъ началъ. Посреди напыщенныхъ тирадъ разныхъ Дидонъ, Ярбовъ, Софонизбъ кстати послышалась

1) Только не Сарти. БереэовскШ унеръ въ 1777 г., а Сарти щпъхалъ въ Росаю въ 1784 г. (В. Ч.).

2) Быль ли кто-либо иаъ нихъ капельиеистеронъ у Киллера и Медокса—это еще не установлено. (В. Ч.).

EDA KUHN LOEB MUSIC LIBRARY HARVARD UNIVERSITY пісня плута Мельника (про однодворца), который „самъ и пашетъ и оретъ и съ крестьянъ оброкъ беретъ41!"

Но если уже наши діди оцінили національно-музьшаль-ную заслугу ©омина, то все же эта заслуга не могла увлечь ихъ до живійшаго сочувствія къ личности перваго русскаго композитора: современники не озаботились собрать о немъ элементарн-Ьйшихъ бюграфическихъ свідіній! Это можетъ быть объяснено сословною спісью; по словамъ мадамъ Сталь, въ конці і8 и началі 19 віка русскою литературою занимались„нісколькорусскихъдворянъ",0оминъ же—увы!— былъ простолюдиномъ и даже кріпостньїмь рабомъ.... А все-таки иравъ Пушкинъ, съ его тяжелымъ упрекомъ по адресу всего нашего русскаго общества: „мы нелюбопытны и неблагодарны!"...