Если „Артаксерксово дійство" происходило въ селі Преображенскомъ, то другія пьесы театра Грегори разыгрывались въ Москві, куда, по желанію царя, перевозился весь комедійний нарядъ; въ такихъ случаяхъ спектакли устраивались въ кремлевскихъ палатахъ, надъ придворною аптекою. Начинались комедій въ десятомъ часу вечера, а длились до ранняго утра. Зрителями были приближенные царя: „бояре и окольничіе, и думные дворяне, и думные дьяки, и ближніе люди всі, и стольники, и стряпчіе". Для царицы и царевенъ были особыя міста, отгороженныя частою рішеткою, сквозь которую они смотріли на сцену, не будучи видны публикі.
Если участіе музыки въ „Артаксерксові дійстві" довольно еще случайное, то уже въ 1673 г. на сцені перваго по времени русскаго театра появляется пьеса, вполні аналогичная „операмъ" 17-го віка и составляющая, повидимому, переділку „Эвридики" Ринуччини. Въ 1638 г. виттенбергскій про-фессоръ злоквенціи Августъ Бухнеръ, по случаю бракосоче-танія курфюрста Іоганна-Георга II, сочинилъ оперу-балетъ „Орфей и Эвридикаа. Подражаніе этой примитивной опері было преподнесено царю Алексію Михайловичу пасторомъ Грегори въ 1673 г. въ безымянномъ прологі съ учаспемъ Орфея. Сначала вышелъ на сцену актеръ и пропіль німец-кіе куплеты, тутъ же переводившіеся царю на русскій языкъ толмачами:
„Ist nun der gewünschte Tag Dermahl einst erschienen, Das man dir zur Freude mag, Grosser Zare, dienen?"
(To есть: „Неужели наступилъ, наконецъ, желанный день, когда можно служить тебі, великій царь, развлечетемъ?"). Въ подобныхъ же изысканныхъ и льстивыхъ выражешяхъ куплетистъ прославлялъ добродетель и мудрость царя и желалъ ему долголітія и всяческаго благополучія. По обі стороны Орфея стояли дві пирамиды, освіщенньїя разноцвітньїми огнями, съ транспарантами; Орфей закончилъ свои куплеты приглашешемъ танцовать, обращеннымъ къ пирамидамъ; за-Гж>мъ начался балетъ. Музыкантами были „игрецы" Томасъ Гасенкрухъ, да Симонъ-органистъ (Гутовскій) со товарищи. Спектакль этотъ былъ въ Москві, судя по извістію, что, при постройкі комедійной хоромины надъ аптекою, „выкрашены голубцомъ четыре балітьі" (віроятно, упомянутыя подвиж-ныя пирамиды).
Въ ноябрі 1674 г. шла въ селі Преображенскомъ пьеса уже съ русскими куплетами и хорами: „была у великаго государя въ селі Преображенскомъ комедія и тішили его, великаго государя, иноземцы: какъ Алаферна (т. е. Олоферна) царица голову отсікла"—про библейскую Іудиеь. Совершенно въ стилі англгёскихъ и нiмeцкиxъ комедій 17-го віка, въ пьесу эту были вставлены арій и хоры (Б^еізріеіе). Въ пьесі семь „д'Ьйствъ" (актовъ), разд^енныхъ на „сіни" (явленія); есть интермедія или „междусініе" послі 3-го акта: цари, взятые въ пл^нъ Олоферномъ, „поютъ зіло жалобно" стихи о своей горькой участи. Въ 5-мъ акті солдаты поютъ любопытную застольную пісню, переведенную съ німецкаго съ довольно правильнымъ и очевидно подлаженнымъ подъ музыку построешемъ строфы и стиха (въ строфі по 2 куплета; въ куплеті по 5 стиховъ: изъ нихъ 4 пятисложные, а 5-й — десятисложный). Вотъ эта пісня, любопытная какъ образ-чикъ древнійшаго изъ всЬхъ русскихъ либретто:
