Достаточно беглого взгляда на созданное «кучкой» в течение 60-х годов, чтобы убедиться, насколько все ее творчество далеко от той тенденции к изображению «мелочей быта», которую приписывает ей Д. Заславский. Напротив, «Могучая кучка» стремилась к созданию монументального, идейно значительного искусства больших форм. Это сказывалось и в преимущественном тяготении ее к оперному и симфоническому жанру, и в выборе тем и сюжетов.

Правда, «кучкисты» не чуждались и простых, «будничных» бытовых сюжетов. Но эти сюжеты отнюдь не воспринимались ими с поверхностной анекдотической стороны. "Сила Мусоргского именно в том, что он, подобно Некрасову, Глебу Успенскому, Щедрину, умел кажущимся «мелочам жизни» придать большой и глубокий смысл.

Умалчивая обо всем этом разнообразии жанров и тематики творчества «Могучей кучки» в 60-х годах. Д. Заславский пишет: «Могучая кучка» выступала с развернутым программным знаменем, и этим знаменем была музыкальная драма Даргомыжского «Каменный гость». В ней наиболее полно воплощены были те принципы нового искусства, которые провозглашал от имени «Могучей кучки» ее глашатай

1 «Красная новь*. 1940. Хг 11/12, с. 279.

Стасов»'. При этом па деле, как утверждает Заславский, «Могучая кучка» не развивала, а вульгаризировала творческие принципы Даргомыжского, плодом чего и явилась «Женитьба» Мусоргского. «В применении к комической опере. — читаем мы у него, — принцип Даргомыжского разоблачался как принцип натурализма»2.

Но говорить, что «Каменный гость» был «программным знаменем» «.Могучей кучки» —это значит крайне суживать к обеднять действительную сущность «кучкистекой» программы. «Каменный гость» был лишь одним из произведений, написанных на боевом знамени «кучки», но не более. Рядом с именем Даргомыжского и впереди его на этом знамени стояли имена Глинки, Бетховена, Берлиоза, Шумана. Листа.

Значение «Каменного гостя» для «Могучей кучки» ограничивалось областью оперного и вокального творчества. Но и здесь оно не было таким исключительным, как это старается изобразить Д. Заславский. В своей работе «Двадцать пять лет русского искусства» Стасов указывает на отсутствие в «Каменном госте» важного для оперы элемента— «элемента хора». «Этот вопрос, требующий полной и коренной реформы для музыкальной драмы, — пишет он,— один обойден Даргомыжским, покуда»3. Между тем общеизвестно, как велика была роль хорового начала в «куч-кнетских» операх. Стасов часто применяет определение «хор», «хоровой элемент», «людские хоры» не только в музыке, но и к живописи. Оценивая новаторское значение «Бориса Годунова» Мусоргского. Стасов отмечал гениальное решение композитором именно той задачи, которая не была поставлена в «Каменном госте» Даргомыжского: «Изображение народа является тут в таких формах правды и реальности, каких никто еще до него не пробовал (в «Каменном госте» Даргомыжского народа на сцене вовсе ист)» *.


⇐ Предыдущая страница| |Следующая страница ⇒
1










© 2005—2017 Sasha (Colombina) Rakhman
Организация концертов | |
  • www.myspace.com/SashaRakhman/" rel="external">
  • www.flickr.com/photos/aheshi/" rel="external">
  • vkontakte.ru/sasharakhman/" rel="external">
  • www.facebook.com/sasharakhman/" rel="external">
  • www.lastfm.ru/music/Sasha+Rakhman/" rel="external">