Лихачев рассматривает вопрос о возникновении древнерусской литературы. Но сказанное в этой цитате всецело может быть отнесено Н к церковному нению древней Руси. На Руси не было литературы до появления первых переводных произведении, хотя существовал богатый фольклор, имелась высокоразвитая культура устной ораторской речи. Не было н профессионального музыкального искусства, опирающегося на письменную основу, несмотря на существование разнообразной по содержанию и глубоко самобытной народной песни, которая пронизывала различные стороны частной и общественной жизни. Первыми образцами этого искусства оказались церковные песнопения, переведенные с греческого на рубеже первого и второго тысячелетий нашей эры, когда христианство было воспринято славянскими народами.

Успехи музыкальной внзантинистнки за последние десятилетия позволили шире и конкретнее, чем это было возможно в начале нынешнего века, осветить связь древнейших форм знаменного распева с византийским церковным пением. Труды К. Хега, X. Тиллиарда, Э. Веллеса, Р. Полнкаровой-Вер-дейль, Э. Кошмидера. И. Гарднера, О. Странка, М. Велимн-ровича, К. Левн. К. Флороса, Д. Стефановича и других учеЛихачев Д. Развитие русской литературы XI—XVII веков. Л..

ных полмили изучение этого вопроса на совершенно новый научный уровень При отдельных разногласиях между названными авторами, касающихся преимущественно частных сторон проблемы, два фундаментальных положения можно считать твердо установленными и не вызывающими сомнений: 1) что древнерусская музыкальная письменность была заимствована из Византии. 2) что заимствование это не было буквальным н механическим и при очевидном сходстве с па-леовиэаптнйской «куаленской» нотацией ранний тип знаменного письма обладает некоторыми специфически присущими ему особенностями.

Расхождения могут быть только в оценке отличий славянской нотации от византийской невменной системы, послужившей ее прототипом. «Проблема заключается в том,— как формулирует ее Хег,—отражает ли различное написание только другой стиль нотации или иной мелодический стиль»2. Выдающийся датский ученый, являющийся одним из основоположников современной музыкальной виэантннистнкн, склоняется сам ко второму решению. Хег говорит об особой славянской традиции, которая находит отражение в памятниках знаменного пения XII—XIII веков. Основываясь на опубликованных Э. Кошмидером фрагментах двух новгородских ирмологиев XI! века3, он высказывает предположение, что при составлении этих певческих книг на Руси были сделаны новые переводы текстов и новые редакции напевов. «Если это так,—замечает исследователь,—то надо считать вероятным, что особый стиль музыкальной нотации отражает другой стиль музыки»4.

Оставаясь в пределах чисто палеографического анализа, вряд ли можно дать убедительный ответ на вопрос, выдвинутый Хегом. Основная трудность его решения вытекает из специфики ранневизантийской и знаменной нотации, не имев-

* Не имея возможности здесь характеризовать отдельные труды, отсылаю к трем чрезвычайно содержательным н подробным обзорам М. Велиыкровича: Stand der Forschung über kircl • hc Musik.— «Zcitschrüt für slavische Philologie», 1963. H. |; Présent status of research in Byzanlinr music.— «Acta musicologie»*. 1971, îasc. 1/2; The présent sla-lus ol research in stavic chant.— «Acta musicologica». 1972. läse. 2.


⇐ Предыдущая страница| |Следующая страница ⇒
1










© 2005—2017 Sasha (Colombina) Rakhman
Организация концертов | |
  • www.myspace.com/SashaRakhman/" rel="external">
  • www.flickr.com/photos/aheshi/" rel="external">
  • vkontakte.ru/sasharakhman/" rel="external">
  • www.facebook.com/sasharakhman/" rel="external">
  • www.lastfm.ru/music/Sasha+Rakhman/" rel="external">