Эпоха «чистого» вокалиста, пленяющего лишь красотой и совершенством своего пения, безвозвратно ушла в прошлое. Артист, выступающий на оперной сиене, должен был соединять в себе певца и актера, не только умеющего выполнять необходимую сумму условных, заученных движений и жестов, но создающего целостный, законченный синтетический образ.

'Шаляпин Ф. Певец на оперной сцене. — В кн.: Федор Иванович Шаляпин, т. 1. Литературное наследство. Письма. Шаляпина И. Ф-Воспоминания об отце. М„ 1957, с. 360.

Показательна в этом отношении параллель между Шаляпиным и другим прославленнейшим русским оперным певцом того времени — Л. В. Собиновым. По характеру своей творческой индивидуальности, не говоря уже о различии их оперного «амплуа», они очень сильно отличались друг от друга. Однако, когда мы знакомимся с тем, как Собинов работал над своими партиями, используя самые разнообразные источники для того, чтобы «войти в образ», с какой тщательностью относился он ко всем деталям внешнего и внутреннего облика своих персонажей, окружающей их среды, исторической эпохи и т. д. и т. п., то убеждаемся, что он был артистом одной школы с Шаляпиным — школы русского театрального реализма. Идеальная слияниость музыкального и сценического начала была тем, что сильнее всего впечатляло в исполнении Собинова. Этим определялось его превосходство над таким блестящим вокалистом, как Д. Л. Смирнов, который по качеству голоса и мастерству владения им мог соперничать с Собиновым, но не выдерживал сравнения с ним в смысле артистизма исполнения1.

Высшим творческим достижением великого артиста был образ Ленского: «...Собинов, — писал многолетний наблюдатель и летописец жизни русского оперного театра Э. А. Старк,— осуществил двойную задачу: раскрыл полностью все чары музыкального лиризма Чайковского, до тонкости постиг всю его музыкальную идею, — это была за_-дача музыкальная; с той же глубиной вскрыл он пушкинский образ, — это была задача драматическая. То и другое, музыкальное и драматическое, сплелось в теснейшей гармонии, и в результате родилось создание сценического искусства, единственное по своему совершенству и неповторимое»2.

Такой же гармоничностью и глубиной проникновения в характеры действующих лиц отличалось искусство А. В. Неждановой как оперной артистки. Ее исполнение убеждало прежде всего правдой вокального образа. При сдержанности внешнего сценического рисунка она передавала всю гамму переживаний своих героинь средствами необычайного по красоте тембра, гибкости и богатству оттенков голоса. Один из иссле-

1 «...В нем есть дар сценического творчества,— замечал Б. В. Асафьев-о Собинове,—между тем как высшее достижение Смирнова, если иногда ему удается не быть банальным».—«Музыка». 1914. № 173, с. 233.

1 Старк Э. (Зигфрид). Петербургская опера и ее мастера. Л— М.. 1940, с. 260.

/лова тел ей исполнительского творчества Неждановой пишет, характеризуя ее трактовку партии Татьяны в «Евгевни Онегине» Чайковского: «За немногими исключениями певииы «играют» Татьяну, а Нежданова пела ее и делала это так искусно, что пение оказывалось основой, существеннейшим элементом игры...»'.


⇐ Предыдущая страница| |Следующая страница ⇒
1










© 2005—2017 Sasha (Colombina) Rakhman
Организация концертов | |
  • www.myspace.com/SashaRakhman/" rel="external">
  • www.flickr.com/photos/aheshi/" rel="external">
  • vkontakte.ru/sasharakhman/" rel="external">
  • www.facebook.com/sasharakhman/" rel="external">
  • www.lastfm.ru/music/Sasha+Rakhman/" rel="external">