Особое место в оперном творчестве предреволюционных лет занимают «Соловей» Стравинского и «Игрок» Прокофьева—оперы двух молодых композиторов, произведения которых стояли в центре музыкальных споров того времени. Но готовившиеся постановки этих опер на Марнинской сцене не были тогда осуществлены. «Соловей» был поставлен (единственный раз в нашей стране) уже после Октябрьской революции, в 1919 году. Его постановка в 1914 году за рубежом. (Париж. Лондон) в «русских сезонах» Дягилева вызвала очень оживленные отклики в нашей отечественной печати, но более широкому кругу зрителей произведение это осталось неизвестным. Что касается «Игрока», то работа над подготовкой спектакля была прервана уже «на ходу»2. Опера Прокофьева единственный раз при жизни композитора увидела свет в 1929 году в Брюсселе, н интерес к ней вновь возрождается только с середины 50-х годов.

Новаторское значение опер Стравинского и Прокофьева неравноценно. Первая из них. при ряде интересных характеристических штрихов и находок в области гармонического и оркестрового колорита, все же была слишком тесно связана с эстетски-стилизаторскими тенденциями «мнрискуеннческо-

' См., например: Петровский Е. Новая опера В. И. Ребикова «Тэа». — «Русская музыкальная газета», 1910, AW& 28/29 н 30/31. Более трезвой и объективной следует признать оценку другого критика, писавшего на страницах того же органа печати: «Герои и героини Ребикова поют, танцуют, шрают. ведут хоровод, всегда тоскуя, всегда чувствуя в своей душе ощущение мировой тоски. И, боже мой, какой примитивной, какой беспомощной становится теперь «чистая, музыкальная эмоция»... как он обездолил музыкальные средства» (Прокофьев Гр. Музыка чистой эмоции,— «Русская музыкальная газета». 1910. .V 5. стб. 140).

1 Об обстоятельствах, которыми сопровождалась работа над постановкой «Игрока», см.: Нестьев И. Жизнь Сергея Прокофьева. М.. 1973. с. 141, 149 -150. 156.

то» толка, уже изжившими себя к началу второго десятилетня нынешнего века. К тому же большой временной промежуток между созданием первого и двух последующих актов «Соловья» (1909—1914) вносил в него внутренний стилистический разлад. Оценивая оперу Стравинского в свете дальнейшей творческой эволюции композитора, Б. В. Асафьев писал уже в 20-х годах: «...«Соловей» был и остался произведением переходной поры и в силу этого неспаянным. Неровность и неуравновешенность в произведениях буйных, дерзких и юных бывает совсем не плохим качеством. Но неспаянность в произведении ис дерзком и не буйном, а только кра--сиво-изысканном н глубоко созерцательном всегда бывает досадной» *.

Слова Асафьева о неровности и неуравновешенности дерзких и буйных юношеских произведений можно всецело отнести к другой из названных опер — прокофьевскому «Игроку». Опера двадцатипятилетнего Прокофьева по одноименному роману Достоевского была именно таким сочинением — бунтарским, дерзко-вызывающим, смело ломающим традиции жанра, в чем-то неизбежно односторонним, но ярко талантливым и содержащим в себе такие художественные находки, которые могли быть полностью оценены только гораздо позже, с позиций нового исторического этапа в развитии оперного искусства.


⇐ Предыдущая страница| |Следующая страница ⇒
1










© 2005—2017 Sasha (Colombina) Rakhman
Организация концертов | |
  • www.myspace.com/SashaRakhman/" rel="external">
  • www.flickr.com/photos/aheshi/" rel="external">
  • vkontakte.ru/sasharakhman/" rel="external">
  • www.facebook.com/sasharakhman/" rel="external">
  • www.lastfm.ru/music/Sasha+Rakhman/" rel="external">