Средний раздел этой части, построенный на светлой, мажорной теме, проникнут тихим, сосредоточенным раздумьем. Легко льющаяся ясная мелодия, поочередно проводимая разными инструментами деревянной группы, звучит покойно и примнренно, хотя о сопровождении продолжает пульсировать тот же ровный постоянный ритм и в мерное, неторопливое движение врываются угрожающие тираты:

Очерки и исследования по истории русской музыки

В ходе развития эта новая тема приобретает все более напряженный характер и переплетается с элементами первой: темы. Так подготавливается реприза, где основная тема тву-чнт еще более сурово н величественно'. Последний взрыв-трагической скорби и отчаяния наступает в коде, после чего нлет до конца линия постепенного затухания и лишь в заключительных тактах вновь слышатся «рокозые» аккорды.

В пояснительном тексте, который был напечатан к первым исполнениям симфонии, следующем образом характеризуется замысел двух последних ее частей: «Симфония не связан» с какой-нибудь определенной программой, но при замысле скерио («Вакханалия») композитору грезился языческий дух; финал же симфонии как антитеза скерцо отражает настроение христианства, пришедшее на смену языческой культуре». На условность этой программы, не раскрывающей действительного содержания музыки, указал Н. Д. Кашкнн. «Такая программа,- писал он, - имеет до того обшнй характер, что едва ли она могла служить для уяснения композиции, том более что если в последней части имеется намек на идею христианства, то не в смысле церковности, a paiBc в виде философской антитезы»2.

Кашкнн предлагает другое толкование симфонии и находит возможным назвать се «Жизнью человека». Однако вряд ли можно считать и это определение вполне соответствующим идее н характеру данного произведения. Образы Восьмой симфонии Глазунова, обладающие высокой степенью философской обобщенности и подчас несколько отвлеченным интеллектуализмом, говорят скорее об общечеловеческом, чем о жизненных перипетиях и переживаниях отдельной личности. В «том смысле показателен и опубликованный комментарий к последним двум се частям, который свидетельствует о том. что во время сочинения симфонии композитора волновали широкие по охвату проблемы, связанные с историческими судьбами народов и сменами культурных эпох в жизни человечества. сВнслнчнмА» характер образов скерцо и финала отличает эти части от двух первых частей симфонии, содержащих в себе ряд моментов углубленного психологизма и напряженной лирической выразительности.

1 Тему проводят здесь тромбоны, поддержанные бас-кларнетом, фашгом н струнными басами, а из сопровождающего ее «рокового» ритма вырастает скорбная егкупдш интонация, звучащая у остальных инструментов оркестра «партитура, цифра 54. a tempo).

" «Русское слоте». 1908. № |

Третья часть', основанная на головокружительном с вихревом» движении, производит впечатление какого-то яростного разгула и бушевания стихий. Интересно при этом, что интонационно она связана с предшествующим ей МеМо. Легкая змеевидная2 тема скерцо с вьющимся хроматическим рисунком вырастает из грозно звучавшей в Меч1о тираты, которая здесь словно растворяется в безостановочном моторном движении:


⇐ Предыдущая страница| |Следующая страница ⇒
1










© 2005—2017 Sasha (Colombina) Rakhman
Организация концертов | |
  • www.myspace.com/SashaRakhman/" rel="external">
  • www.flickr.com/photos/aheshi/" rel="external">
  • vkontakte.ru/sasharakhman/" rel="external">
  • www.facebook.com/sasharakhman/" rel="external">
  • www.lastfm.ru/music/Sasha+Rakhman/" rel="external">