В отношении рационалистической ясности и стройности "конструктивного замысла Восьмая симфония — одна из вершин глазуновского творчества. Широкое применение получают в ней те приемы и средства, которые композитор относил к области «сложной музыкальной работы». В частности, «большую роль в развитии тематического материала играют тполифонические элементы. Однако это не носит характера нарочитости, которая временами ощущается в Седьмой симфонии. По образному строю, языку и стилю Восьмая симфония ВОЛучнлаСЬ гораздо более цельной и органичной.

' «Русское слово», 1908. М 1.

Волевая призывная тема главной партии из первой части служит как бы эпиграфом ко всему произведению. Она пронизывает всю музыкальную ткань этой части ', различные же производные от нее образования появляются и в дальнейших частях, что обусловливает мопотематнчность симфонии. Тема эта появляется после короткого двухтактного вступления у валторн и фаготов на пышном полнозвучном гармоническом фоне с плавно колышущимся рисунком струнных. Возникает впечатление волнующегося моря, над которым она словно парит в свободном, окрыленном полете:

Очерки и исследования по истории русской музыки

Четырехтактная начальная фраза повторяется на кварту выше кларнетом и трубой, затем идет развитие, подводящее к третьему проведению темы в звучании оркестрового tutti с каноническим противопоставлением «нижнему плану» тромбонов и струнных басов — «верхнего плана» деревянных духовых и валторн. Так закрепляется этот величественный героический образ, главенствующий во всем симфоническом цикле.

В выразительном облике этой темы есть, однако, черты известной двойственности. Действенное волевое начало соединяется в ней с оттенком сдержанного, сосредоточенного раздумья. Этот нюанс привносится как малоподвижной, вязкой фактурой изложения и типично глазуновской медлительностью развертывания музыкальной мысли, так и некоторыми особенностями интонационного строения темы. Появляющийся в третьем такте звук си-бекар нарушает чистоту и ясность ее мажорной окраски —как будто после прозвучавшего в начале героического призыва к действию наступил момент сомнения и нерешительности. Что-то фаустовское ощущается и в патетически декламационном нисходящем мелодическом обороте, которым заканчивается тема2.

1 «...Эта тема, — писал Ю. Д. Энгель, — отличается каким-то волшебным свойством быть вездесущей... Нельзя не восторгаться, например, вндя, как почти все мощное, стройное звуковое здание первой части симфонии вырастает у композитора из одного основного музыкального зевка, таящего в себе целый мир волшебных возможностей* {«Русские ведомости». 1908, № 5).

: Обратим внимание на интонационное сходство указанного оборота с темой главной партии из Сонаты h-moll Листа.

Заложенные уже в начальном изложении темы элементы психологической двойственности и противоречивости являются источником ее драматизации в дальнейшем. Характер ее резко изменяется уже в связующей партии, которая, в отличие от обычного построения экспозиции в симфонических Allegro Глазунова, выделена в самостоятельный законченный раздел. При этом надо отметить, что драматизируется главным образом вторая половина темы посредством ритмического сжатия, иной гармонизации н замены ясных широких диатонических интервалов напряженно звучащими хроматическими ходами мелодии. Так, в следующем построении незадолго до вступления побочной партии она звучит мрачно н почти угрожающе. Этот зловещий мрачный колорит создается, в частности, характерным сопоставлением «темных» минорных тональностей по большим терциям (л и g) и обилием уменьшенных септаккордов:


⇐ Предыдущая страница| |Следующая страница ⇒
1










© 2005—2017 Sasha (Colombina) Rakhman
Организация концертов | |
  • www.myspace.com/SashaRakhman/" rel="external">
  • www.flickr.com/photos/aheshi/" rel="external">
  • vkontakte.ru/sasharakhman/" rel="external">
  • www.facebook.com/sasharakhman/" rel="external">
  • www.lastfm.ru/music/Sasha+Rakhman/" rel="external">