Побочная партия носит более плавный, лирически напевный характер. Первое ее построение напоминает мелодии русских хороводных песен с их спокойной, неторопливой размеренностью. Народный колорит темы подчеркнут гармонизацией в натуральном миноре и мягким, несколько приглушенным звучанием кларнетов и фаготов, которым поручено начальное ее проведение:

Очерки и исследования по истории русской музыки

Ее дополняет еще одна тема, несколько более подвижная и светлая по характеру, в трехчетвертном размере (вместо в/в), что вносит освежающий ритмический контраст:

Очерки и исследования по истории русской музыки

В построении первого Allegro проявляются еще естественная у начинающего композитора неопытность и известная •односторонность самих приемов тематического развития. Именно за однообразие и механистичность приемов развития критиковал симфонию Глазунова С. И. Танеев, впервые услышавший ее в Москве 22 августа 1882 года под управлением Римского-Корсакова. «Ее достоинства,— писал он Чайковскому 9 сентября того же года,—хорошее голосоведение, вообще хорошее владение гармонией (исключая некоторого однообразия в модуляциях, что, впрочем, скорее относится к недостаткам формы, а не собственно модуляции), отсутствие страха перед трезвучием мажорным и минорным, а также перед правильным разрешением доминантаккорда, даже отсутствие презрения к каденции—качества, редкие у петербургского музыканта. Недостатки — общие с учителями: неопытность в форме, вроде той, которую выказал Кюи в своей тарантелле (например, начало разработки состоит из многократного повторения отдела тактов из восьми или двенадцати с модуляцией в конце, каждый раз оканчивающейся совершенно одним и тем же: остановка на доминантаккорде. crescendo и разрешение доминантаккорда в трезвучие, что, будучи повторено несколько раз сряду, надоедает весьма): неуменье строить большие периоды, а замена их невыноси-мейшим приемом петербургских музыкантов — бесконечным и бестолковым повторением мотива из одного или двух тактов, из чего получается нечто назойливое, надоедливое и вызывающее в слушателе не просто тоску, а тоску вместе с озлоблением, что-то кропотливое и бессильное»1.

Нужно, конечно, учитывать полемический характер этого высказывания. То, в чем Танеев видит только недостаток, «неопытность в форме», было связано с определенной системой творческих принципов, характерных для «кучкистекого» жанрово-эпического симфонизма. В основе свойственных Могучей кучке методов симфонического развития лежало не обострение конфликтного начала с помощью выделения и поляризации заложенных в теме контрастных элементов, а утверждение одного основного образа в целостном виде путем многократного его проведения в меняющемся тембровом, гармоническом освещении, в различных ритмических вариантах и т. д. Свое наивысшее выражение этот метод получил в первой части Богатырской симфонии Бородина, где подобным способом с необычайной силой утверждается главенствующий образ несокрушимой народной мощи и героизма. Конечно, нельзя сравнивать произведение зрелого мастера, находящегося в расцвете творчества, и первый опыт молодого композитора в овладении крупной симфонической формой. Светлая пасторальная симфония Глазунова и по характеру образов очень далека от героического бородинского h-moil. Но сущность метода в обоих случаях одна и та же.


⇐ Предыдущая страница| |Следующая страница ⇒
1










© 2005—2017 Sasha (Colombina) Rakhman
Организация концертов | |
  • www.myspace.com/SashaRakhman/" rel="external">
  • www.flickr.com/photos/aheshi/" rel="external">
  • vkontakte.ru/sasharakhman/" rel="external">
  • www.facebook.com/sasharakhman/" rel="external">
  • www.lastfm.ru/music/Sasha+Rakhman/" rel="external">